Тунис погружается в кризис

16 февраля. В Тунисе на манифестацию на авеню Бургиба вышло несколько тысяч сторонников правящей исламистской партии «Ан-Нахда». Они выступали против решения их собственного премьер-министра Хамади Джебали сформировать переходное правительство технократов.

«Ан-Нахда» победила на выборах в конце 2011 года и сформировала правящую коалицию с двумя светскими партиями. Список министров планировалось обнародовать 16 февраля, но накануне вечером глава кабинета сообщил, что объявление списка снова откладывается, теперь на 18 февраля.

Главным местом сбора исламистов стал центр столицы. "Люди хотят "Ан-Нахду!", "Защита "Ан-Нахды"- наш долг!" — скандировали хором тысячи собравшихся, размахивая черными флагами партии. 

"Dieu est le plus grand", "Avec la légitimité et pour l'unité nationale", "Le peuple veut Ennahda de nouveau", "le peuple veut un Ennahda en acier", скандировала толпа на авеню Хабиб Бургиба. 

Хабиб Бургиба, первый президент Туниса, последовательно боролся с исламистами.
Сторонники исламистов уверены, что в этом вообще нет нужды. «Наша цель — подтверждение легитимности присутствия „Ан-Нахды“ в правительстве; мы против того правительства, которое они хотят», говорят исламисты. 

«Ганнуши, уходи!» 
На этом митинге выступил Рашид Ганнуши, глава «Ан-Нахды», и заявил, что исламисты «не готовы уступить власть»

Политическая элита отметила, что в самой «Ан-Нахде» усиливается раскол. 

Абдельфаттах Муру, вице-президент «Ан-Нахды» потребовал, чтобы Рашид Ганнуши вышел из партии. Потому что, как он заявил, он «ведет и партию, и страну к катастрофе». «Ганнуши и его руководство превратили нашу партию в семейное дельце. Я требую созыва чрезвычайного съезда «Ан-Нахды» и смены руководителей». 

Политический кризис в Тунисе длится уже несколько месяцев. Ситуация резко обострилась в начале февраля после убийства видного оппозиционного деятеля Шокри Белаида. Именно после этого премьер-министр принял решение о роспуске кабинета и формировании переходного правительства до следующих выборов.

Стычек демонстрантов с полицией не было. 

Отметим, что среди лозунгов, которые держали исламисты, были также и направленные против свободы слова и СМИ, а также антифранцузские лозунги. Заявление министра внутренних дел Франции Мануэля Вальса, осудившего «исламистский фашизм», тунисские исламисты приняли на свой адрес. 

Тунисские джихадисты возвращаются домой из Сирии 

«Варфоломеевские ночки делать»? 

Собеседник тунисской газеты «Ля пресс» – АлайяАллани, историк, политолог, знаток Магреба, преподаватель Тунисского университета, специалист по исламизму . 
Первый вопрос был: неужели правда, что двенадцать тысяч тунисских джихадистов, которых сирийская армия выбивает из Сирии, вернутся в Тунис. Он «успокоил» журналистку Хэллу Хабиб: «Нет, не 12 тысяч! Их только 500!» 

Но он открыто говорит об угрозах и рисках, которые нависли над Тунисом. И от его спокойного и холодного анализа – мурашки по коже. 

От публикатора: неужели уже поздно? А если нет, то какие баталии ждут Тунис в 2013 году, году новых выборов? Вот информация к размышлению тунисского эсперта. 

Я убираю вопросы журналиста, оставляя самые важные, и даю только основные ответы человека, который находится в самом центре политического кризиса, сотрясающего Тунис. 

– Кто же виноват в этом взрыве насилия в Тунисе? 

– Есть радикальные исламисты, которые считают насилие единственным методом политической борьбы. 

Есть политический ислам. Сегодня на нем маска демократии, а завтра – маска исламизма. И мы не должны забывать, что цель его – полная исламизация общества, полное подчинение государственных институтов. 

Мы думали, что Ан-Нахда, став политической партией, будет действовать в рамках демократического плюрализма, соблюдать правила политической борьбы. Оказалось, что мы ошиблись. 

– Может ли Тунис ожидать «алжирский сценарий»?

– В Алжире экстремисты нанесли страшный удар, но государство устояло. В 90-тые годы погибло около двухсот тысяч алжирцев. Страна потеряла миллиарды на расходы по борьбе против терроризма. Но Алжир выстоял! И алжирская нация выстояла! 

А в Тунисе нет ни материальных, ни военных ресурсов, какие были у Алжира. Если вирус физического устранения противников, убийств и насилия распространится по стране, под вопрос будет поставлено само существование Туниса как государства. Насилие неизбежно приведет к спирали сведения счетов: око за око, зуб за зуб. И эту спираль будет невозможно остановить. 

Это и будет «сомализацией» Туниса. Сомали сегодня раздирают кровавые разборки между группками исламистов, а не между государством и исламистами. В Тунисе есть опасность открытого конфликта между ан-нахдистами и салафитами. 


За рубежом действуют уже 500 тунисских джихадистов, в первую очередь в Мали и в Сирии. 

Не будем забывать, что треть террористов, которые из Ливии напали на алжирский городок Ин Аменас и убили заложников, – тунисцы. 

В Тунисе есть спящие ячейки Аль-Каиды, которые ждут своего часа. Ждут сигнала к выступлению. И он близок, потому что джихадисты уходят из Мали и «рассредотачиваются» в арабских и африканских странах. 

Уже произошли вооруженные столкновения между армией и полицией и группами АКМИ (Аль-Каида в Северной Африке) в городах Кассерин и Бир Али Бен Калифа. 15 джихадистов убиты.Эти джихадисты не видят разницы, где им «делать джихад», внутри Туниса или вне ее. 

На территории Туниса есть тайные лагеря подготовки экстремистов. Мы должны знать, что после падения Джамахирии из Ливии фактически «испарилось» более 800 тысяч стволов. Часть их оказалась в Мали, а остальное «рассыпано» по всей Северной Африке. Те склады оружия, которые обнаружены около города Меденин – доказательство этому. Нужны энергичные меры со стороны всех структур, ответственных за безопасность Туниса, и необходимо тесное взаимодействие с иностранными разведслужбами.

Международные СМИ начали говорить, что Тунис – рассадник джихадистов. Но почему вдруг они появились и, более того, перешли к действию?

Потому что из тюрем были выпущены все джихадисты. И никто не поинтересовался, изменили ли они свои взгляды, отказались ли они от методов насилия. 

Потому что два года в Тунисе шло промывание мозгов, а Министерство по делам религии ничего, ничего не предпринимало. 

В Марокко, когда на выборах выиграла партия Справедливости и Развития, король уступил им важные министерства, но не министерство, которое занимается делами религии. 

У нас нет ясной политики по отношению к религии в Тунисе. 8 процентов мечетей – вне контроля. Нет национального диалога. Правительство некомпетентно в вопросах безопасности граждан. И к тому же мы ощущает печальные последствия войны в Ливии. 

Мы не должны забывать, что джихадисты всегда готовы надеть на себя пояс джахида и взять РПГ на плечо. И что тогда будет? 

Нужна работа с джихадистами, работа полиции и органов безопасности, но работа в рамках закона, а не так, как во времена Бен Али. 

Нужен диалог всех национальных здоровых сил по вопросам религии: социологов, юристов, психологов, политиков, общественных деятелей. Да, в Алжире власть сражалась с джихадистами, но одновременно претворяла в жизнь программу национального согласия. И эта программа уже дала плоды: часть джихадистов отказалась от идеи сражаться против государства с оружием в руках. Начиная с 2001 года, число терактов и убийств в Алжире резко уменьшилось. И надо заняться мечетями, которых забыты, брошены на произвол судьбы. Надо смотреть в корень зла! 

Если партия Ан-Нахда будет продолжать свою губительную политику, она проиграет первой.

Я надеюсь, что либеральное крыло «Ан-Нахды» возьмет верх над радикальным крылом, которое держит в руках стратегические позиции. 

Уверен: в Тунисе не удержится у власти никакое радикальное движение. 

Перевод и публикацию интервью подготовил Н. Сологубовский



 
17.02.13 13:01 by



© Ленинградское интернет-телевидение (http://www.len.ru/)